Водная двушка: реки Валдайка – Березайка – Мста

Автор: DVA, 24.12.2004 03:00
Просмотров: 4087

И вот случился СТАПЕЛЬ. Долгожданный. Дежурные (Саня+Вова) одновременно в затяжном режиме готовили еду (при этом ругали плохие дрова). Проблемы с лодками начались почти у всех, а большие проблемы – у моей и у Салюта Димы с Жориком. Что конкретно было у Салюта, я не узнал, но там вроде он оказался весь несобираемый, подогнан-подпилен и без фальшбортов – совершенно неукреплённая конструкция, готовая развалиться в первом же пороге.

Тридцать четвёртый выход
Дубль два

 

Когда:    29.04.04 – 05.05.04

 

 

Где:  üQ г. Москва ® г. Бологое ® п. Лыкошино, р. Валдайка ® оз. Пирос ® р. Березайка ®р. Мста®
® г. Боровичи ®г. Москва, Ленинградский вокзал.

 

 

Кто:    .€€€€€€€€

1.

 

ЕлисеевВиталий Владимирович

 

1984

 

МГТУ, ЮР-61

 

Руководитель, Штурман ]¯

К. Т.-2

 

2.

 

ХохловаДарья Андреевна

 

1985

 

МГТУ, РЛ6-21

 

 

М. Т.-2

 

3.

 

МахмутовВладимир Шамильевич

 

1986

 

МГТУ, СМ11-21

 

Завхоз äëå

К. Т.-2

 

4.

 

МакаровАлександр Александрович

 

1985

 

МГТУ, МТ3-41

 

Финансист (Банкир), + лесник

 

М. Т.-2

 

5.

 

ДробининВладимир Алексеевич

 

1982

 

МГТУ, ОЭ3-101

 

Гитарист n¯, Летописец @6, Я

 

К. Т.-2

 

6.

 

КостюковаАнастасия Николаевна

 

1983

 

МГПУ, Фил. 4 к.

 

Эколог {Z|ó +©YJï

М. Т.-2

 

7.

 

ГалиньшДенис Мартынович

 

1979

 

МФТИ 2003

 

Реммастер@, тоже фотографµ

К. Т.-2

 

8.

 

ФоминНиколай Сергеевич

 

1985

 

МГТУ, РЛ6-21

 

 

М. Т.-2

 

9.

 

СтёпинНиколай Евгеньевич

 

1984

 

МГТУ, РЛ6-61

 

 

К. С.-3

 

10.

 

ВеселовДмитрий Андреевич

 

1984

 

МГТУ, ИУ1-61

 

Фотографµ, + капитан сборной

 

М. С.-3

 

11.

 

ЛастовкинДмитрий Юрьевич

 

1985

 

МГТУ, РЛ6-21

 

Медик Nh

К. С.-2

 

12.

 

КопытинГеоргий Романович

 

1986

 

МГТУ, РЛ6-21

 

Поначалу каякерŠ

М. С.-2

 

 

 

Изначально нас должно было быть 13, но один отказался – хвосты не пустили.

 

Вот, странно… Спустя два года снова на Мсту… После Кожи–Вамы–Водлы…

 

 

ГРАФИК ПОХОДА (заявленный и фактический)  1

29 апреля, чт:  Пос. Лыкошино – озеро Пирос. Полуднёвка. 18 км воды. h

30 апреля, пт:  Озеро Пирос – перед дер. Филимоново.43 кмс коэф. 1,2. Не дошли около 6..7 км.

 

1 мая, сб. За деревню Полоное.55 кмс коэффициентом. Плюс вчерашняя разница, итого более60 км.

 

2 мая, вс. До Ровненского Слива, порога Лестница. Плюс разведка Малого и Большого порогов.25 км.

 

3 мая, пн.Днёвка на пор. Лестница, покатушки на пороге.

 

4 мая, вт. Пор. Лестница – г. Боровичи. 22 км . Антистапель, поезд t.

 

5 мая, ср., 10.20– прибытие в Москву.

 

 

КРАТЕНЬКО О ПОДГОТОВКЕ.

 

А она – всем известно – родит и множит хлопоты, проблемки и проблемищи, уничтожая при этом время и курсачи J. У меня, правда со снаряжением оказалось ПОЧТИ всё замечательно (Ура! Наконец-то!). Но у остальных… за неделю до отъезда выползает на поверхность картина маслом:

 

Ïс фартуками у нас только две байдарки из шести;

 

Ïодин экипаж – командирский – ещё вообще БЕЗ СУДНА;

 

Ïодна байда недоукомплектована, другая непролеена.

 

И всё это на фоне того, что 2/3 состава команды сидели в лодке только один раз в жизни – на Пехорской тренировке 11 апреля. Чё ж будет на Мсте?

 

За отсутствие фартуков долго ругался выпустивший нас на маршрут Митяй, заставляя и требуя всё же наличия оных x (хотя если судно уже планируется утилизовать, то можно и без фартука – зато обратно на пару лодок меньше тащить…N). Остальные трудности вроде были не столь злобными и со скрипом планировались к преодолению.
В конечном счёте у нас лишь две байды оказались без фартука, а с количеством судов всё утряслось (чего не скажешь
о качестве… но об этом ниже).

 

Один существенный плюс, которого не было у меня в предыдущих походах: Шеф достаточно подробно рассказал о планах на маршрут, стоянки и днёвку, заинтересовав уже заранее. Увы лишь, что многое не сбылось.

Одна только непонятица – в маршрутке указано134 кмводы. Но там минимум 160…

 

 

ДО ВОДЫ

 

Добираться мы с моим доблестным матросом решили не со всеми от Ленинградского вокзала, а на двух собаках, и в Бологом уже пересекаться – правда, прокуковав перед этим 3 часа на вокзале и полчаса при пересадке. Достоинства этого метода: существенная экономия средств (смогли скосить до полтинника с носа – всего лишь!!!); гораздо проще с погрузкой-выгрузкой; ну и субъективно – меньше таскать на себе по всяким там метро и переходам – знаете, уже достало. Недостаток, помимо упомянутого, – не со всеми(не та общесть, что ли – когда все дружно грузятся в поезд, ночью буянят, болтают и орут песни; да и вообще – поезд… я думаю, всем хоть раз приходилось слышать, проснувшись рано утром на полке, раздающуюся будто отовсюду загадочную песню, этот духовой оркестр медленно едущего вагона, которая даже приводит в недоумение: что это? откуда? почему даже мелодично? – и что самое удивительное, нет фальшивых нот!!)

 

За неделю до отъезда начала пакостить погода: выше +10°С температура не поднималась, да ещё и дожди начались SD. Нас, собственно, подобными выходками сложно огорчить – а мы так и знали: какой же поход без дождя и мороза? Хотя бы со снегом пусть повезёт – пусть хоть не по колено, а пониже сугробы выпадут… Но в час отъезда ВЫГЛЯНУЛО СОЛНЦЕ, вызвав прилив бодрости и подзадорив надежду на Африку R, а не Антарктику T.

 

Про пересадку в Твери скажу одну нужную вещь: при входе на платформу с электричками до Бологое и до Торжка стоят тётеньки-перронные-контролёрши. Правда, двадцатки с рыла за поездку до Вышнего Волочка им хватает – получается в два раза дешевле! Хотя мне показалось, что она нам не поверила, но не показала этого.

 

Поспать в электричке не удалось – перед походом не спится – тут меня многие поймут: многого ждёшь, даже иногда волнуешься… (Наши в поезде, как я потом узнал, тоже не спали – они бухали и бузили). Слегка всхрапнули только в Бологом. В отличие от обеих моих предыдущих вокзальных ночёвок, здесь неугомонная диспетчерша ВСЮ ночь разрывала монотонное полуусыпляющее бубняжество забитого людьми зала известиями о вечно снующих туда-сюда поездах – а то бы поспали нормально. А повсюду шныряли бомжики.

Потом вроде как настало время идти на перрон встречать прибывших наших, чем я немедленно и занялся. На улице с грудой вещей уже стояли все, кроме Вита, Сани, Вовы и Даши – я с ними уже успел разминуться, а поезд прибыл раньше, чем 2 года назад. Отсутствующих выловили уже у касс. Встрече мы все бурно обрадовались.

 

Взяли 12 детских (!) билетов до Лыкошино по 8р. То ли кассирша сонно тормознула, то ли так убедительно прозвучали басы Вита и Сани, уверяющих, что нам нужны именно детские, а не полные (здесь нет льготных студенческих, как в Москве). Цены на хлеб тоже очень приятно удивили – за буханку чёрного всего около 8р.

 

Полазили по стоящему на монументе паровозу, там же и фоткнулись.

 

Рюкзаков, тюфяков, упаковок и пакетов у прибывшей группы оказалось ГОРАЗДО больше, чем людей, поэтому переноску шмоток к электричке осуществили аж в 3 (неполных) ходки – можно представить, как же это всё тащилось по метро…

 

Пока ждали открытия дверей, к нам подошли два матёрых водника, собиравшиеся сплавляться по Алёшинке, и обрадовали волнующей информацией: воды на Мсте много, гораздо больше, чем в предыдущие два года. Перекаты зальёт, а в порогах будет весело! Мощно и не столь опасно (видимо…).

 

Дорога до Лыкошино – что помню: Один раз долго стояли, пропуская невесть какие поезда неведомо куда-то туды и сюды. В это время повысовывались из окон и открытых насильно дверей, фоткались, лазили по полкам, слушали пение птиц, лицезрели остатки снега в лесу и ужасались температуре: á +1°С! По утрам нам, видать, придётся отскребать намёрзший на вещи, палатки и лодки наст, а на реке работать ледоколами Ú.

 

Некоторые воспользовались моментом, чтобы поспать, другие изучали карты реки, затем играли в них, но уже в игральные, а Саня сбегал перетереть с машинистом о продлении остановки в Лыкошино, дабы все успели выгрузиться и не дёргали почём зря стоп-кран; позже мы разработали целую стратегию скоростной выгрузки из вагона.

Электричка прибыла в 7.18. Выгрузились мы за рекордно короткое время – 20 секунд! В роли перрона здесь просто узкая мощёная камнем полоска (справа от поезда), а ещё синие пристанционные постройки с табличкой названия станции. Вещи переносили в две ходки – мимо того же штабеля свежих брёвен с остатками снега, и через асфальтовую просёлку. В отличие от прошлого раза, сбросили всё на поляне правого берега немного ниже по течению – было это в 7.24. Поляну стапеля двухлетней давности всю залило – воды действительно МНОГО! Что не может не радовать.

Деревья стоят ещё совсем голые и не несут даже намёка на бледно-зелёную дымку. А в огородах уже чего-то копают и перетаскивают дачники.

 

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ВОДЫ.  29 апреля, четверг.

 

 

И вот случился СТАПЕЛЬ. Долгожданный. Дежурные (Саня+Вова) одновременно в затяжном режиме готовили еду (при этом ругали плохие дрова). Проблемы с лодками начались почти у всех, а большие проблемы – у моей и у Салюта Димы с Жориком. Что конкретно было у Салюта, я не узнал, но там вроде он оказался весь несобираемый, подогнан-подпилен и без фальшбортов – совершенно неукреплённая конструкция, готовая развалиться в первом же пороге. В результате в него сел один Жора – каякер, а Димку отправили третьим в другой Салют. У меня было по гадкости примерно то же: новенькая тезовая шкура просто-напросто не налезала на каркас. Ни в какую. В итоге чего последний просто не выдержал страшного натиска и сломался – лопнула пластина, то бишь промкнулось отверстие на кильсоне, в которое входит винт штевня для жёсткого закрепления. Причём и в носу, и в корме! И вышло мало того, что ходящий ходуном вверх-вниз каркас (ну, кроме стыка двух половинок кильсона, – там всё на шплинтах без этих убогих пластинок) (придётся нагрузить хорошенечко нос), так ещё и из-за неполной растяжки шкуры не смогли застегнуться 2 из 8 крючков на фальшбортах. Посему лодку свою я официально объявил аварийной. Приятно удивил другой момент: фартук налез идеально и сразу! Короче, это знакомо всем водникам: почему-то с каждым походом байдарка собирается всё хуже и всё дольше…

 

Потом мы вкусно поели картошки, зелёного лука (!), сладостей-солёностей и чая, добили суда до кондиции плыви уж пока, а там посмотрим, и в 12.15– наконец-то! – взмахнули веслом (особо рвущиеся успели немного покататься ещё до общего отплытия). Сплав начался. Мы с Настей как наиболее опытный экипаж шли последними, следя, как бы что не сотворилось с новичками. Но им в общем-то повезло: поскольку воды гораздо больше, все бывшие оставшиеся в памяти завальчики ей залило, и единственными препятствиями в связи с очень частым петлянием Валдайки были несильные прижимы то просто под берег, то к бревну, то под нависающие ветки. Впереди идущие частенько в них попадали (один раз даже весь экипаж Салюта-3 дружно уклонился влево от веток, и только чудом они не кувыркнулись).

 

Над руслом повсеместно проходят местные ЛЭПы. А от единственного крупного завала с множеством проток перед мостом, увы, остался лишь один большой торчащий сук и одна широкая протока. Перед тем самым мостом (дорога по которому ведёт в пос. Михайловское) зачалились у левого берега, при этом экипаж Дениса с Колей с размаху протаранил Вовкину с Саней Таймень, проделав своим хищно наострённым металлическим носом а-громную дырень в брезенте шкуры. Как выяснилось, нечто подобное, но в меньших масштабах, он пытался проделать и с Витовой байдой. Кровожадное судно, но теперь мы будем предельно внимательно за ним следить.

 

Под мост заходим по одному; всё, что грозило новичкам, и то несильно, – налететь на опору или/и не вписаться в крутой правый поворот. Прошли все нормально, кроме лишь большой задержки последнего экипажа.

 

И так было здорово снова видеть и даже где-то узнавать прибрежные деревья, отдельные запомнившиеся дворы, стены поднимающихся сосновых боров… Ну и пусть это уже не вызывает столь бурного восхищения, как впервые; ведь настроение-то всё равно замечательное: впереди недельный поход, неизбежно что-то новое, ожидание встречи с порогами при возросшем опыте, интересная компания, дымные вечера, сплав под брызгами жаркого Солнца… Но это потом, а пока – температура воздуха +6°, воды +4°.

В деревне Поречье после моста, где мы оказались в 13.40, на дне имеются остатки давным-давно бывшей плотины и, следовательно, небольшой порожек, – тот самый, который я никак не мог вспомнить в 2002 году. Уже заходя под мост и увидев под ним увеселение потока и волны, мы решили поиграться, быстренько развернулись и прошли это дело под собственные восторженные крики кормой вперёд (типа завербовываемся в заднепроходчики). Лишь только потом я заметил следом тот самый плотинный порог. Оценить его, да ещё своими слепыми глазами, я не успел, поэтому во избежание мелочей а-ля килем кверху мы экстренно развернулись и разочарованно фыркнули, оказавшись уже за плотиной: спокойно, без напрягов и даже без гребли могли бы зайти и задом – ничего страшного. А Денис с Колей зашли туда криво (перед порогом, как все нормальные водники, они, разумеется, развернулись к берегу и попытались зачалиться… но не успели и вошли в порожек боком), и их слегка колбаснуло, поэтому, пока остальные готовились к немедленному отплытию, мы с Настей штурмовали порог вверх по течению, получив при этом ОГРОМНОЕ удовольствие. До самой верхушки не дотянули буквально полволны – течение-таки неслабое. Но почти. Ещё немного усилий, или был бы это не первый день сплава, взятие высоты было бы совершенно выполнимой задачей. На валах пытается развернуть при любом положении байдарки не строго против течения (т.е. когда угол к струе ¹180°) – тоже великолепная тренировка. Мгновенно возникла идея мало того, что поиграть с валами боком, так ещё и всем остальным предложить хотя бы попробовать подняться наверх. Но – увы! – Вит всех увёл уже далеко (позже он объяснил это тем, что все ещё и чалятся-то еле-еле, не то что стоять против струи на валах). И пришлось нам, сделав ручкой порогу, двигаться за группой.

 

В 13.47– ещё кусок деревни. Поречье – это практически единственная на всём маршруте прямая деревня. Я имею в виду то, что она не повторяет изгибов реки, поэтому с воды кажется, будто закончилась одна деревня, через пару минут началась другая и так дальше.

 

В реке около берегов ещё остались обломки заколов – почти все залитые водой, а центральные их части или смыло, или разобрали. Весна же никак не решалась разгуляться: все деревья пока серые, голые. Часто попадаются заросли ивняка-лозняка, залитого паводком – кажется, будто некоторые кусты специально залезли в воду, а за густыми их дебрями – такой же затопленный берег.

 

Воздух тем временем заметно потеплел.

 

В 14.10пристали к левому берегу в небольшой бухточке на опушке соснового леса передохнуть, размяться и пощадить начавшие ныть и затекать ноги, спины-поясницы и, конечно же, пятые точки; да и на природу взглянуть с высоты берега. Взобрались на холм, скучковались и стали обсуждать какие-то зловещие планы (уж не помню, какие, но со стороны казалось, будто совещается коварная шайка). Сколько времени были на берегу, не засёк, но уже около трёх мы подплыли к Пиросу. В устье Валдайки, в разливе, почти по пояс в воде среди утопленных кустов терпеливо караулили рыбку штук пять или больше местных мужиков – наверняка рычащих про себя на шумно плывущую говорливую шестибайдарочную толпу.

 

Озеро предстало перед нами во всей красе, с неизменной дымкой по лесу на северо-восточном берегу. Вопреки слабой, но присутствующей опаске, ото льда оно целиком освободилось (а ведь могло оказаться, как с Витом год назад, – тогда им пришлось искать в окрестных деревнях единственный трактор для объезда замёрзшего озера: лёд хоть и отошёл от берегов, но всю его махинищу прибило ветром именно к южному побережью – никаких шансов проплыть).

 

[После разминки на берегу я пересел матросом, Настя – кэпом. Блин, какое забытое ощущение: видно всё впереди, качает сильнее, и почти никакого контроля положения судна! Просто лопатить – и всё. В итоге почему-то сильно устали].

 

Мель с камышами и осокой утопило, плыли нормально. В 15.15вступили на берег. Ура! Первый сплавной день благополучно завершился! никто не кильнулся!! а аварийные судна не развалились!!!

 

Песок… Он повсюду – здесь полоса пляжа шириной десятка два метров, и только потом – сосновый бор с травой. Но всё же песок не столь зловещ, как по берегам более крупных озёр – когда с убивающим постоянством он засыпается в кеды независимо от их высоты, хрустит на зубах в приготовленной на прибрежной воде еде, обнаруживается в карманах, вещах, на гермах… Но это я написал просто страшилку – на Пиросе, слава богу, мы с подобными кошмарами почти не познакомились.

 

Что представляет собой стоянка. За полосой пляжа плавно поднимается невысокий (меньше полуметра) земляной вал шириной около 15..20 метров; на нём травка и редкие сосны, а по дальней от берега кромке параллельно воде проходит полузаросшая колея. Сразу за валом небольшая (80´45 м.) полностью залитая по весне полянка ещё с остатками снега и полёгшей прошлогодней травой. По западному краю этой поляны в более дремучий бор с густым подлеском из малинника и прочего, в том числе колючего, кустарника уходят пара тропинок. На Юго-востоке начинается скрытое и запертое со всех сторон стеной леса болото с обилием кочек и замаскированных растениями ям, покрытое мхом, ягодниками, соснами и берёзами среднего роста. Под кустами в совсем уж тенях валяется посыпанный упавшими сверху кусочками коры и хвоей последний снег – уже уплотнённый и режущий пальцы при попытке набрать, обречённый, но всё такой же жутко холодный. Запросто можно набрести на места, усыпанные синими и жёлтыми маленькими цветками; с Запада от болота лес густеет и изобилует упавшими деревьями – дров много, но без пилы ходить бесполезно. На побережье у начала пляжной полосы в воде растут высокие кусты, к которым ближе к вечеру сплавали порыбачить Саня, Вовчик, Жора и Коля С. – ничего, правда, не поймав за исключением какого-то жука. В самую глубину леса побродить уходил Саня, а по возвращении известил о том, что по пути спугнул двух глухарей-однолеток, видел кабаньи рытвины, нашёл свежий – примерно пятичасовой давности – след (помёт) ЛОСЯ(ох, сколько же потом шуток было по этому поводу отпущено… вплоть до записи Сани в помощники завхоза и медика – определять по следам, кто чего лишнего съел вчера-сегодня). И вдобавок принёс маленький трюфель.

 

Шикарнейший лес!

 

После обеда (дежурство перешло к Виту с Дашей) я и Настя при частой помощи почти половины команды занялись мазохизмом – ремонтом байды. Я, конечно, не буду материться на страницах летописи, хоть по-другому и будет сложно описать сей ремонт. Обойдясь без подробностей и забежав чуть вперёд, резюмирую: по состоянию на отход ко сну лодке стало ещё хуже – фальшборта застегнулись только слева, справа же всё открыто и держится лишь на крайних крючках, а между ухом шпангоута и шкурой спокойно можно просунуть небольшой кулак. Не помогло даже то, что шкура мокла и растягивалась в течение сегодняшнего сплава.

И произошёл у нас вечер… Сначала был горячий ужин, обжигающий кисель-кипяток, немного песен, а потом горячительное. Непьющих было около половины (я, Настя, Даша (она ушла спать пораньше), Коля Ф. (тоже), Вовчик… и всё вроде). Самой выдающейся перебравшей личностью оказался наш командир, к ночи уже не помнящий, где он находится, что происходит, кто его окружает и называвший всех Колянами… Подробности можете узнать у Жоры – это он его весь вечер испытывал, прося рассказать анекдот (взрываясь хохотом, услышав за этим бессвязные звуки), задавая вопросы типа: Вит, мимо какой планеты сейчас летишь? – на что получал ответ: Н-нормуль!… Ещё один высказанный Витом перл – это ароматные стрингера. Вы где-нибудь такое видели? А начинался шефский перебор всего лишь с вызванной едким дымом фразой: У меня уже от этого дыма слёзы текут по всему телу!. За всеми деталями обращайтесь к Георгию Романовичу – он изложит всё досконально. А я не умею выразительно пересказывать пьянки – отношусь к этому делу, скорее, со знаком минус.

Вот таким вот он оказался, первый день похода.

Спать легли поздно – во втором или третьем часу ночи.

 

 

 

30 апреля, пятница.  [[ПОСЛЕ ЧЕТВЕРГА В ДОЖДИЧЕК]].  БЕРЕЗАЙКА.

 

 

 

 

Я бы назвал этот день ещё и самым коротким, поскольку в исходнике хронографии о нём написано всего четыре строчки – негусто; почти ничего стоящего вписания не произошло. Было всё так:

Несмотря на вчерашнюю попойку, шеф встал раньше всех около 8 часов (!) совершенно трезвый и ничего не помнящий, поэтому он с интересом слушал историю вчерашнего вечера, пересказанную во всех красках. Затем был завтрак и неотложный ремонт судов: Салюту-3 мастерили полиэтиленовый фартук, каяк укрепляли, а наш … (скрыт мат) тезовый пароходик по-вчерашнему имел всех его ремонтирующих. Мы его даже об дерево гнули (представьте!) – не помогло: два крючка так и не застегнулись (потому что у кого-то слишком узкие шкуры – нет, потому что чьи-то каркасы слишком много едят…). Пришлось мне воспользоваться единственным наименее геморным выходом из ситуации: стянуть фальшборта жгутом – левый с правым. Получилось хорошо, и так мы и прошли в итоге весь поход с этими верёвками, не оправдавшими оказанного им недоверия.

Если кто что ещё помнит, пусть впишет – буду благодарен.

По-моему, с утра было солнечно. Но потом набежали тучи и стал подниматься ветер – уверенно и методично. Ветер плохой, даже очень, потому что дул он с север-северо-запада, то бишь являлся нам почти боковым. И ко времени общего отплытия, 12.40, разумеется, поднялась волна. Боковая. Даже хуже – чуть-чуть ещё и сзади. Попытки идти прямым курсом на Рютино оканчиваются разворотом судна влево, аккурат в открытое озеро. Сильно качает, приходится тщательно следить за креном и набегающими волнами, а работает в основном левая лопасть весла, возвращая лодку-непоседу на требуемый курс. Иногда, когда становится понятно, что ушли в озеро уже слишком далеко, приходится разворачиваться на 90° вправо и идти по ветру к берегу. При этом, разумеется, не видно, что там за вода подкатывает сзади, и чуть только потерял нюх, то есть едва отклонился от заданного курса, тотчас же по закону вредности накатывает волна посильнее, доворачивает байдарку параллельно себе и одновременно пытается положить. Стрёмно, даже не расслабишься.

Поначалу получилось так, что мы далеко разбрелись друг от друга, и казалось, будто каждый идёт своим независимым курсом; дальше всех вперёд угрёб Жора в каяке и Вит с Дашей (их колбасило поменьше), а глубже всех в озеро – Вовчик с Саней. Когда наконец – не без окриков Подождите! – собрались в кучку-байдамаран, тогда объявили об обязательности сокращения дистанции: все должны идти вместе, чтобы в случае чего к кильнутым можно было быстро подобраться. К этому моменту Димкам с Колей С. уже понахлестало воды под фартук – в Салюте тоже был Пирос… Очевидцы рассказывали о поразившей картине: все трое лопатят по-чёрному, угребаются донельзя, а этот танк спокойненько стоит на месте!

Ветер ещё усилился – на гребнях волн появились барашки. На очередном военном совете (во время этих остановок Жора даже успел вздремнуть, поддаваясь убаюкивающей качке) Вит решил дальше идти галсом (Гилсом), то есть пилой, чем мы усердно и занялись. Правда, к этому моменту озеро уже подходило к концу – деревня Заостровье и острова остались позади. Однако разворачивать стало сильней, причём и влево, и вправо. Поначалу я даже ругал байду, предполагая её изогнутость (придётся опять об дерево…), но уже потом понял, что виноват всё-таки ветер – парусность у Тайменя не самая маленькая.

Перешеек перед Рютино тоже залило – ура! ни объезда, ни обноса, а просто восхитительная гребля сквозь кусты (для всех желающих; а кто не хочет по кустам – пожалуйста: рядом протока шириной больше ста метров…) (всегда ведь хочется посмотреть поближе на природу!..).

За мостом пристали к небольшому полуострову на левом берегу, уходящему мелью под воду. Поскольку почти все оказались мокрые после озера (я даже почувствовал себя белой вороной), то было устроено уморительное комик-шоу: бегающие вразвалочку в полной амуниции по берегу водники, совершающие при этом неописуемые согревательные телодвижения и бормочущие нечто невнятное (телепузики в разгар игры). Потом они и вправду принялись играть – в салочки! А особо удивил и рассмешил всех Жорик: пытаясь то ли перепрыгнуть через глубокую расположенную в ямке лужу, то ли подойти умыться, он в мгновение ока оказался в ней целиком, особо щедро искупав при этом свою пятую точку – теперь ему уже никакие брызги не страшны!

Ну а так как в график мы слегка не вписываемся, пришлось по прошествии менее десяти минут вновь упаковать себя под фартуки и упорно грябать. Обрадовавшись успешному прохождению Пироса и неизвестности дальнейшего вектора движения (на заданный Виталиком вопрос Куда нам плыть дальше? я честно ответил: Ой, не знаю, дальше разберёмся), мы на всех парах просвистели (профукали, пропустили, проплыли, прое… ой! (нужное подчеркнуть)) поворот (рукав, ветку, заводь, залив…) в посёлок Дачное. Я его не признал, вернее, с толку сбила карта, ибо первая мысль, проскочившая при виде пяти наших байдарок, с весёлым видом уплывающим всё дальше к Алёшинке, была: Эй, а куда это мы???; а Вита тоже дезориентировала карта (во как бывает!). Почесали репу, посовещались и после долгих-недолгих колебаний решили всё же идти в залив. И не ошиблись! Это было ОНО! Посёлок Дачное, Березайская плотина. Но как же злостно исказила память детали заводи – только подплыв почти вплотную, я узнал этот берег, забор и мост.

На будущее: с воды самый верный ориентир – белое бетонное (или не бетонное… в общем, каменное) небольшое одноэтажное здание, а восточная окраина Рютино не подходит к воде так близко, чтобы можно было ошибиться. Чалка для обноса – к правому берегу. Тропа, разумеется, удобная; примерно полсотни метров: вдоль забора, через дорогу и – вниз на полянку. В этом году камни не мешаются: они залиты, и в воду можно поставить сразу все лодки.

На левом берегу на горке под сосной – годичной давности могила водницы, жертвы этой плотины… По пересказам, всё было по глупости (а на Мсте и гибнут только по глупости или по пьяни).

 

Перетащив и спустив на воду все суда, перекусили традиционной колбасой с чёрным хлебом, чаем из термоса и сладостями. В график не вписываемся уже достаточно сильно, с опозданием, по-моему, больше чем на час.

Река с шустрым течением (скорости пешехода) дальше петляет в высоких (т.е. выше головы сидячего в байдарке) берегах, которые местами понижаются; леса мало, попадаются болотца. Попозже начался дождь-моросиловка, мелкий, долгий, противный. Попадаются деревни, особенно эффектно смотрящиеся, если стоят на покрытом кустами обрыве в повороте реки; опять же растущие вдоль берегов в воде голые кусты… Ну и всё в том же духе: мы гребём и гребём, а дождик падает и падает.

Ближе к девяти мы срулили на стоянку после деревни Устье в удобном месте на левом берегу: для пристани – низкий берег и большая поляна под суда, а для стоянки – место в соснах на холме, с которого всё хорошо просматривается.

По причине мокрой фигни, летящей на нас с неба, над костром был натянут тент; организовали добровольные наряды по дрова. Моросить перестало только к ночи; почти все сушили у огня шмотки. На ужин была соя (не понимаю, как некоторым она может не нравиться. По-моему, классная вещь). Больше ничего не помню. Спать легли без песен, а у костра остались бухать Жора и Вова, уговорив по бутылке Наполеона и Зверобоя (а это всё по 80°!); потом даже гитару пытались мучить – пришлось спасать. За всеми деталями обращайтесь уже не к Жоре, он ничего почти не помнит. Лучше спросите, например, Вита или Димку Л.

 

 

 

1 мая, суббота.  ЛОМЁЖКА (С ПРАЗДНИКОМ!)

 

 

 

Подъём состоялся после восьми. Извиняясь за вчерашние прятки, выглянуло и хорошо пригрело солнце, больше и громче защебетали птахи. Наши выпивохи после вчерашнего чувствовали себя неважно: долго вставали, почти ничего не помнили; Жору трясло от холода, вдобавок он очень громко разговаривал матом. Вова выписал ещё более уморительный финт: оказавшись почему-то на берегу (то ли умыться, то ли хлебнуть водички с похмелуги), он поскользнулся на мокрой глине (берег в этом отношении и вправду опасный) и улетел в воду, подмочив этим репутацию завхоза (в обеих смыслахJ). После оставшегося ему самому непонятным купания (Блин, чё меня никто не поймал?! – а все были, разумеется на холме, в лагере), переодевшись в собранную с миру по нитке одежду, Вова ушёл в палатку, где и уснул под грудой спальников полумёртвым сном. Тем временем все продолжали рассказывать не перестающему удивляться Жоре о том, где и с кем и как он провёл эту ночь.

В поисках фотогеничных пейзажей прогулялись по окрестностям, где опять же обнаружили снег. Хорошо утоптанная тропа уходит от берега чуть-чуть в горку и выводит на светлую бывшую опушку, теперь заросшую молодняком. По границе изгибается лесная дорога, упирающаяся одним своим концом в частично залитую поляну – ту самую нашу пристань. Интересный контраст: ослепительно белый снег в лучах яркого солнца – и молодая светло-зелёная сосновая хвоя.

Собравшись чуть пораньше остальных, сплавали в образовавшуюся в результате паводка заводь – полазить по кустам (захотелось пропороть при удобном случае шкуру), потеснее познакомиться с природой, да и просто исследовать тихую бухточку. Вода там оказалась с красным отливом, а некоторые кусты обломаны-перегрызаны то ли хитрой выдрой, то ли вредным бобром. Путешествием остались довольны, а солнце припекло ещё жарче.

Сборы затянулись; была произведена вынужденная рокировка: Саня и с трудом разбуженный (но, по-моему, всё равно не проснувшийся) Вова поменялись местами-должностями, а Жора пересел в трёшку вместо ставшего каякером Димы Л. Старт состоялся только после 12.15.

Пока пропускали всех вперёд, стояли в тишине возле правого берега, купаясь в лучах солнца и слушая щебетание птиц (в том числе и стрёкот сорок); дул лёгкий приятный ветер, а прямо у нас на глазах подломилось и завалилось в воду невысокое тонкое сухое деревце (нет, не от штормового ветра, а от старости).

А Вова спал. Прямо в байдарке. Поэтому, когда вперёд убежавшие дождались двух наших экипажей, произвели ещё одну пересадку: Вовчика – к Виту матросом, Дашу – к Саше. Во время привала, устроенного перед деревней Филимоново в изгибе реки, обозванном сосиской, Жора тоже воспользовался моментом и вздремнул (помню, что его греблей были сильно недовольны Димка В. и Коля).

Пока мы продолжали конвоировать отстающих, передовая группа вновь далеко убежала. И ладно бы они просто убежали – ан нет: дождавшись нас на очередном привале на берегу, они злостно зашвыряли нас снежками! (всех с Первомаем!). Потом мы с Настей минут десять плыли кормой вперёд – чтобы уж совсем не халявить (видимо, скоро я взбунтуюсь и до конца буду идти впереди). Ближе к Тугановичам в воде стало повеселее – стали появляться бульки! Я бурно этому обрадовался, и мы стали залезать в каждую из них, при появлении времени пройдя одну быстринку даже вверх по течению – реванш Поречью! До Берёзовского Рядка встретили ещё около трёх..четырёх штук таких веселушек, а потом нагрянула МСТА! Отплыв от устья Березайки с сотню метров, устроили затяжной перекус на склоне левого берега. Кайф! Что ещё нужно – всё есть: река, жаркое солнце (почти все даже пораздевались и усердно мазались кремами от (или для) загара), хорошая компания, деревня, проплывающие мимо параллельные группы… Их было две штуки, на катах, и что интересно: вперёд шли девушки на четвёрке – типа приманка, а позади поодаль – сами охотники.

По верху склона постоянно ходили местные.

Саня с Дашей оказались взрывоопасной смесью в плане сплава; они очень похожи по стилю гребли, что вызвано, скорее всего, общей целью и мотивацией; оба пошли в поход с желанием походить по речке, побалдеть, поотдыхать. Поэтому они просто без напрягов макали вёсла в воду (при этом их скорость упала ещё раза в полтора) и мило оживлённо беседовали на оказавшиеся многочисленными общие темы – смотрели мы с Настей на них и не могли нарадоваться: люди спелись, нашли друг друга! Мы стали загадывать им данетки, встреченные с восторгом, – надеясь, что за размышлениями начнётся нормальная гребля на автомате, подбадривая. Не-а, не вышло: скорость ещё сильнее упала.

 

Ну а мы опять суёмся во всё более или менее булькающее.

Потом были два катера, поднявшие большую волну, через пять минут – привал в какой-то деревне на левом берегу, чтобы набрать воды из родника. По берегам в больших количествах попадаются местные – у всех сегодня праздник. А по небу иногда проплывают облачка – у них тоже праздник (весна!).

 

Вскоре на некоторое время отстающим экипажем стал Салют-3, а не ставшие привычными Саня и Даша.

 

В Малых Семерицах состоялся знаменательный привал – купили трёхлитровую банку молока! (за 30 р.!) Вкуснятина! Времени, кстати будет сказано, уже 19.15. Наконец оклемавшийся Вова никак не может отыскать свой паспорт и кошелёк; последний-то оказался у Насти – он был отдан ей на сохранение лично хозяином после утренних водных процедур (разумеется, сам хозяин этого не помнил). А вот паспорт, видимо, был посеян где-то в лагере… (забегу немного вперёд и успокою читающего: на грядущей стоянке документ отыщется в пакете со специями; как он там оказался - загадка).

 

При отплытии временно чуть изменился порядок следования экипажей: вперёд, взяв фору, ушли 4 байды, а Вит задержался, отдавая хозяйке пустую банку. Потом мы взяли курс полный вперёд, да ещё и на форсаже – скоростная гребля, наконец-то можно поработать в полную силу! Нас вновь обогнали, подняв волну, те самые два катера с охотниками на борту. Вскорости мы настигли остальных, и теперь передовыми сделались другие три-четыре байды: Витова, моя и каяк – он и Денис шли, прямо наступая на пятки (без иронии; Вит даже поиграл, развернув каякера против течения, а байдаркам в широченном русле стало тесно). Тем временем солнце катилось к закату – небо было окрашено уже по-вечернему. По пути обогнали пару катамаранов, при этом очень хотелось или кильнуть их, или проплыть между баллонами. А дальше устроили просто ломовую греблю на огромной скорости и почти без остановок. Всех прёт на приколы, несмотря на то что плыть до стоянки нам остаётся ещё о-го-го – до завтрашнего вечера… Здесь же мы сделали общие фотки с гребущими байдарками.

 

 

Стремглав просвистела мимо нас речка Уверь, деревенька Полоное, а мы всё ломимся и ломимся, лопатим и лопатим, мчимся и мчимся, несёмся и несёмся, стремимся и… (чего-то я сам разогнался…). Просто дух захватывает от скорости! Уже даже угребаемся, уже открывается эн плюс первое дыхание, уже время перевалило за девять вечера, уже кто-то начал ворчать и роптать... Во грябаем!!!

 

Но стоянку устроили всё же не утром грядущего дня, а очень даже сегодня: в 21 с чем-то пристали к слегка заболоченному правому берегу после левого поворота реки. Мы все к этому моменту угрёбшиеся и уставшие, но жутко довольные, ещё бы: во сколько отмахали! Уделали сегодняшнюю норму плюс кусок вчерашней.

А место оказалось так себе: близко слышно шоссе, по лесным дорогам изредка проезжают машины, а по соседству, через поляну, стояла шумная группа просто отдыхающих. Около лагеря – остатки пикниковской стоянки и даже мусор (цивилизация, блин! Уроды! Слабо было убрать или сжечь?).

 

Дрова есть, но не близко. Лес – сосняк без подлеска, редкий (или, возможно, так кажется из-за отсутствия мелких деревьев), по нему туда-сюда снуют усыпанные хвоей твёрдые (т.е. не мокрые) тропинки, попадаются колеи-грунтовки; на земле – ягодники, попадается мох. На побережье – огромное количество кротовье-мышиных нор-ходов с грудами вывернутой выброшенной около них земли (кстати, на Пиросе тоже такое было, но меньше).

 

И всё-таки поначалу самой большой задачей были дрова. За ними ходили почти все, потом каждый поучаствовал в пилении, а некоторые – в колке (топор, правда, туповатый и лёгкий). Завтра будем брать чурки с собой – ведь завтра идём до Лестницы, а дров там нет (АГА! Совсем нет…), поэтому пилить надо много. Костёр на принесённых дровах горит едва-едва, Настя даже вся упенопопилась, уговаривая его разрастись (злобный огонь, садист!).

 

Вечер – не помню. Честное слово. Помню лишь, что бухать было запрещено – завтра пороги; а под конец вечера у костра остались лишь Саня и мы с Настей – болтали и пели песни. К полуночи на небо выползла и всё кругом осветила луна, которой совсем чуть-чуть оставалось до полной. Позже она безмолвно уплыла за лес, а по реке стелился не то туман, не то дым. Вокруг ни звука, кроме наших песен и разговоров – даже не храпит никто в палатках!

 

Спать ушли ближе к трём часам.

 

 

2 мая, воскресенье.  ОНИ, или …К ТВОИМ ПОРОГАМ МЫ ВЕРНУЛИСЬ, КАК БЛУДНЫЕ ДЕТИ…

 

Зачем я вовремя не слез? Назад дороги нет!..

 

Шутка.

 

Утро оказалось солнечным. Вставали в промежутке от 7 до 8. Помимо дежурных и шефа, раньше всех встали ремонтники Салюта-каяка. И несколько часов его пилили, ломали, точили, стругали, разбирали и вновь собирали, потом снова стучали, пилили, точили, и так до тех пор, пока не укрепили. Теперь в него можно было даже посадить двоих, но по порогам всё равно он не ходок – фартука нет. За завтраком мастергордо рекламировали ремонт любой сложности и сборку Салютов с выездом бригады прямо на дом (кому дома будет нужен собранный Салют, осталось загадкой).

 

Мимо лагеря пару раз проехала машина, а по реке вскоре прошли катамараны. В это время мы пилим и грузим дрова – вынужденный балласт. Между тем после вчерашнего перегрёба до сих пор чувствуется усталость.

 

Отплыли опять после двенадцати. Идём какой-то полукоматоженной цепочкой – грести совсем не хочется. До Опеченского Посада постоянно остаётся минут 20. Сделали передых на выжженном левом берегу, едва-едва подвосстановивший силы. До Опеченского оставалось полчаса.

 

В деревнях Малый Чернец и Опочно на месте былых перекатов стояли просто большие волны и было довольно весело. Жаль лишь, что нам было не до колбасни – эх!

 

Вообще, признаюсь: я уже сильно подзабыл подробности.

 

До Опеченского Посада наконец догребли – почти через два часа после остановки (вот вам и полчасика! хороши же мы будем в порогах!); на высоком правом берегу устроили перекус и совещание, после чего капитаны отправились на просмотр порогов, часть матросов – по магазинам, а остальные – загорать на берегу и сторожить лодки.

 

Пытаясь подойти поближе к реке, сначала топали по пашне. Первый подход сделали ещё перед Малым и засекли, что сразу после моста слева валяется что-то нехорошее, и лучше это дело будет просто обойти. Малый Порог залило – на его месте стояли лишь невысокие (но гораздо больше встреченных выше) валы, а река вся волновалась – чувствовалось: нечто. А вот по мере просмотра Большого становилось всё тревожнее: два года назад с места матроса он казался не таким зловещим, как сейчас с высоты обрывистого берега.

 

На всей двухкилометровой цепочке мы выделили три весёлых места: сначала – прямая пенная бочка около левого берега; она оказалась чистой, вопреки нашим опасениям (доказал это плюхнувшийся в неё Таймень) и обдающей матроса примерно по грудь, не выше. Меньше, чем через сотню метров веселуха продолжалась прямо под правым берегом – там были подряд три маленьких сливчика с микробочечками. А вот потом, в самом конце, перед левым поворотом находилась самая жопа: слева сильная пенная бочара, а справа, через всё русло, 3..4 косых – не обойдёшь наверняка; после этой прелести в левом повороте – естественно, прижим под обрывистый правый берег; причём сколько мы ни глядели, отбойного вала не увидели. Логично предположить наличие кармашка – упс! Киляться сразу чего-то расхотелось… В результате просмотра Вит озадачился и подгрузился: серьёзненько тут; шеф, видимо, поседеет к моменту прохода порога последним экипажем (как выяснилось потом – гораздо раньше!). На обратном пути ещё раз повторили последовательность прохождения препятствий и очерёдность экипажей: сначала – Вит, через 10 минут – я, потом через 15 минут – Вовчик, а после – остальные. Страховка, видимо, с воды; фотосъёмкой занимается Даша, её пост – у последних бочек. Таймени идут по возможности и желанию там, где веселее, но обходят максимально справа последнюю серию бочек, а Салюты – увы! им досталось идти осторожнейше, никуда не суясь, так как в пороге их просто потопит… Больше всех был напуган Вова – он такого не ожидал.

 

Наверное, я кого-то напугал, поэтому чуть поменяю объект описания. На берегах мы встретили ОГРОМНЕЙШЕЕ количество людей, машин, байдарок, каяков, катамаранов, палаток, костров, …, … – тут целиком собрались несколько водных школ, какие-то родейные федерации, в том числе Raftmaster, и т.д. и т.п. По пути прошли кладбище (о! и тащить далеко не надо будет!) со зловещей надписью на воротах – по смыслу: Мы были такие, как вы, а вы станете, как мы (точного содержания не помню). Ещё мы лицезрели недоумившую смехотворнейшую картину: перед Большим Порогом на левом берегу стояли, построившись шеренгой, человек двадцать в спасах и касках, но безо всяких судов. Уже одно только это озадачило: что это за сборище? А полминуты спустя по чьей-то невидимой команде они взяли и дружно сиганули в воду! И полопатили вперёд, в порог!! самосплавом!!! По берегу за этим сумасшествием наблюдало несколько видео- и кинокамер, да и мы две фотки сделали. Во бешеные люди! И это при температуре воды около +5°!

 

А мы по прошествии примерно двух часов (вот сколько времени занимает просмотр порогов!..) возвратились к своим, доложили обстановку и дальнейший расклад, перекусили мороженым (вот сейчас пишу это и мне страшновато, а прошло больше месяца), потом – последние приготовления, и – отплыли Вит с Дашей, а я засёк время. Никакой боязни тогда не было, только жгучее любопытство: а как там? Киль я не исключал, его шанс оценивал примерно один к четырём. Причём этот шанс становится один к двум, если вдруг туча откроет солнце – а оно постоянно то скрывается, то выглядывает и, опустившись уже довольно низко, слепит, чёрт возьми, прямо в глаза. Вот только этого я в действительности и опасался.

 

Пожелав всем удачи, отплыли и мы с Настей. Понеслось! Сразу насторожили возникшие невесть откуда два Тайменя чужой группы: толпой идти в порог в мои планы не входит. Но люди сказали, что встанут сразу за Малым, чем и успокоили.

В левую бочку мы попали аккуратно, прошли без особых напрягов и без намёка на попытку киля. Тем временем выглянуло солнце, заставив чертыхнуться и превратив воду в сплошные блики и зайчики. В три правых сливчика мы не попали – во-первых, не успели, а во-вторых, не очень хотелось резво пересекать струю. И не успели мы глазом моргнуть, как показалось самое последнее злобное препятствие. С воды, разумеется, всё виделось совершенно иначе: вообще не виделось. Попытались ориентироваться по номерам ворот и решили, что входить где-то тут. Бочки избежать не удалось. Но вот только она оказалась не косая, а просто имела такое непонятное направление; мы, как честные водники, разогнались, повернули байду перпендикулярно бочке и безо всяких церемоний… кильнулись через левый борт. Не знаю: может, я чуть не довернул влево – тогда нас должна была положить встречная струя, но во время киля никакой пены слева не было – клала, видимо, верхняя струя, т.е. до бочки. Или, возможно, нам двинули в нос – кто теперь разберёт… Теперь вот я не исключаю и случай перестарался, то бишь я мог поставить байду слишком влево, и тогда запросто возможно, что бочка была косой. Эх, жаль даже фотки этого безобразия нет: нас Даша почему-то не щёлкнула.

 

Ну вот. А мы тем временем оседлали наш бедный кораблик (интересно, почему любая кильнутая байда имеет столь жалкий вид, что хочется её прямо по брюшку погладить и утешить: Ну ничего, милая, не расстраивайся, бывает и такое!) и попытались грябать к берегу, да не тут-то было: на сильном потоке, без запаса плавучести, да ещё и при мокрых недооклемавшихся гребцах, к берегу подрулить не получилось.

 

На будущее:Вероятно, самым верным в такой ситуации было вскочить в седло не нормально, а лицом против течения, т.е. я теперь как бы матрос. И тогда (разворачивать ничего уже не надо), если я буду угребаться против течения, а Настя держать необходимый угол траверса, вполне можно причалить аккурат около полянки со страхующими. Но… хорошая мысля приходит опосля, и вообще, нефиг было киляться – искупаться можно и на Ровненском, там это по плану предусмотрено для всех желающих.

 

Но пока Настя пыталась оседлать лодку, последняя совершила головокружительный вираж: обратный переворот и снова оверкиль, так что воды в ней теперь, как в медузе (Байдарка на 90% состоит из воды. Фильтруешь?).

 

Бедный Вит! Что же он успел передумать, когда увидел нас, беспомощно плывущих из-за поворота! Морковку со спасательной байды не добросили, и, порыпавшись, мы понеслись дальше по реке. Через пару десятков секунд нас догнали Андрюха и Ваня (для непосвящённых: это тоже из Водной школы МГТУ, идут они одновременно с нами, но от посёлка Мста) на КНБ Маринка. Потом с нами начали делать всяческие махинации, в ходе которых наша таймешка покувыркалась через все возможные оси, кроме очевидно нереальных, а в итоге вышла такая фиша: мы в смертельно залитой лодке сидим, как и подобается, разве что без юбок, грести не можем, так как полумёртвой хваткой вцепились в Маринку (да нашу теперь уже подводную лодку и хрен сдвинешь веслом, плохо держащимся в руках офигевших гребцов). Маринка пришвартовалась к нам справа кормой вперёд. Ваня с веслом, имеющим не его разворот, и Андрюха, периодически выбирающий верёвку на связавшей обе байдарки морковке, пытаются что-нибудь сделать левыми лопастями. Разумеется, почти ни фига не получается, а мы от спасателей стали сильно отрываться бьющим между лодками потоком. При этом кренимся вправо, всё ещё уцепившись за КНБ. Не в силах совладать с девяностоградусным креном, выпадаем из кильнутой направо байдарки и плывём теперь между двумя лодками. Шикарная картина! А водичка холодная, и чего-то начинается холодрыжка, – знаете, пора бы и к берегу! А берег – скалистый каньон.

 

Стали звать на помощь попадающихся на берегу водников, а стоявшая на левом берегу группа мило нас предупредила: мол, народ, впереди порог – типа кончайте прикалываться!.. И всё.

 

Ох сколько же было воплей, когда мы вшестером (двое в воде, двое в лодке + байды) в таком положении прострелили бочку!! Наверное, адреналина – полные штаны; хоть кино снимай! Тем временем уже реально надоело купаться, да ещё и милый гостеприимный уловочек с полянкой по правому берегу помахали нам ручкой-веточкой: бай-бай, ребята, что же вы к нам не заглянули?! И всю процессию поток устремил дальше к Лестнице…

 

На будущее:Теперь до меня дошло: Андрюхе просто надо было от нас отцепиться, зайти с левого края и, гребя свободными левыми вёслами, прижать нас к правому берегу!

 

На той поляне стояла некая группа с лодками и машиной. Увидев, что в улов зайти не получается, мы максимально убедительно и требовательно завопили о помощи. Несколько человек понеслось вдогонку по берегу без морковок и спасжилетов, но они быстро отстали.

 

Метрах в 150 ниже поляны совместными усилиями мы наконец-то прижались к скалистому правому берегу. Дрожащими полусведёнными руками я приткнул байдарку понадёжнее и кое-как отцепил спасконец (Андрюха погрёб дальше, к своим, и мог поволочить Таймень за собой, когда верёвка размоталась бы целиком). Спотыкаясь на каждом шагу, падая на камни, еле-еле перебирая почти сведёнными конечностями, клацая зубами и всем возможным от холодая направился вслед за Настей к той группе. Шутка ли – около 15 минут в ледяной воде! Собрав последнее незамёрзшее, добрались до костра. Дальше меня кто-то переодевал, пытались влить коньяка (поначалу я не мог даже глотнуть – трясло, как будто пальцы в розетку засунул) и постоянно вытаскивали из костра, в который я всё порывался залезть. Помимо коньяка, нас угостили аскорбинкой. Люди же эти оказались зеленоградцы, и даже из 11 мкр!!! Как тесна Мста!!

Спустя bминут я пришёл в себя; нашу байду приволокли сюда, прибыл и жутко переволновавшийся Виталик (особенно тревожно ему было, когда он, проплывая, увидел пришвартованную лодку без экипажа: А где же люди???). Наши все прошли, но и здесь не обошлось без приключений: Салют-каяк стал почти подводной лодкой, Коле и Денису тоже было чрезвычайно мокро. В общем, и там чуть не утонули, и вид (см. фото) был соответственный.

 

Вместе с Витом на этот берег приплыл и Дима Л. Остальные стояли на левом берегу пониже – ждали. На мимолётном военном совете решили всё равно идти сегодня до Лестницы – до неё осталось-то три минуты гребли. Только чуть меняются экипажи: я пока матросом с Витом в его байду, Димка – капитаном в мою. Поблагодарив зеленоградцев, двинулись. Пересекли струю и пошли вплотную к левому берегу, крикнув нашим идти следом. По пути обходили всё, что возможно. Зачалились примерно за50 метровдо Ровненского. У Димы и Насти было не так гладко: сначала для согрева они пробежали к байде поверху каньона, а спуск оказался обрывом – пришлось им возвращаться к исходной и бежать уже понизу; потом обнаружилось, что весло у Насти не с её разворотом, посему чуть не произошёл очередной киль. Прибыли они последними. Как только мы с Витом причалили, я побежал назад – сигналить нашим, чтоб не влетели в порог, так как уже стемнело.

 

И вот – ура! – без особых потерь мы наконец-то все на берегу, глазеем на Лестницу, ходим среди толпищ водников и разводим костёр. Дров здесь оказалось, как на лесопилке, нафига тащили с собой? Тут разобрали приезжавшую на выходные сцену, и из обломков можно было БК ((Большой Костёр, для тех, кто не в курсе))сложить (это я, наверное, загнул, но всё же… на топливо мы не жаловались). Мы с Настей ещё и дежурные. Сладости у нас почти все вымокли – они ехали в носу без гермы, просто обмотанные скотчем в дырявом мусорном мешке. Из гитарной деки я тоже вылил не один литр воды. Самой большой загадкой осталось подмокание документов. Нам здорово повезло, что завтра днёвка: можно будет при отсутствии дождя высушить и вещи, и документы, и свои кости погреть, и в Ровненском поколбаситься: киль – пофигу, высохнуть успеем…

 

Вечер этот стал самым долгим. У нашего костра почему-то не сиделось, а у соседнего – ! – пели и играли на гитаре, и постепенно мы все перетекли туда. Подсушив свою беднягу, подправив и настроив, в доблестный бардовский ряд влился и я.

 

Вит и Димка Л. на радостях напились, потом ходили в гости к Андрюхиной команде и к остальным кострам. В общем все мы чувствовали себя великолепно; день вышел на отлично!

 

 

3 мая, понедельник.  БОЛЬШАЯ ДНЁВКА

 

Задам в воздух вопрос: и что же я смогу про неё вспомнить? Не распинаясь особо, декларирую: покатушки, ещё покатушки, футбол и прочие игры.

Катания. Устроены были на двух лодках: на моей и Витовой. Каждый прокатился кем хотел, с кем хотел и по сколько угодно раз (мы с Настей, например, 7 раз). Из знаменательных прохождений – это, во-первых, киль при посадке Коли с Колей, – ну, это уже классика; во-вторых, учебно-тренировочный киль Димы Л. с Дашей, которая уже давно хотела с кем-нибудь кильнуться. Бултыхнулись они уже после Слива, пройдя его с краю. Ещё килялись, кажется, Жорик с кем-то. Мы с Настей кильнулись только с третьего раза; цель была – поддаться потоку, перед бочкой встать лагом и – словить удовольствие. Первые два раза прошли слишком влево и просто плавно качнулись на валу. Третий раз пошли в центр и – ура! – не дав уцепиться за струю, бочка кладёт нас налево, один раз прокручивает и выплёвывает. Морковки до нас по традиции не долетели, и поймать нас смогли только далеко за островом, где река поворачивала влево. Вит, помнится, бежал по берегу в одних шортах, а выловили нас за руку. Опять не обошлось без приключений! Когда притащили байду, обнаружили поломку левого переднего фальшборта и небольшую потрёпанность фартука – вот так нас побило об камни. После этого киляться сегодня перехотелось.

 

Но катались, разумеется, не только мы. Сюда по традиции понаехали целые толпы со всех концов региона и устраивали в Лестнице самые настоящие шоу, даже кат-четвёрку кормовой свечкой поставили (как позже выяснится, это был Бегемот). Судов самых невиданных модификаций было столько, что описывать их – дело отдельной книги, а я уже упустил куда-то всё вдохновение. Ещё тут развлекались машины, заезжая в гору с примерно сорокаградусным уклоном, повсюду сновали знакомые и незнакомые люди – даже Гришу Довженко мы тут встретили… Помимо покатушек, мы гуляли по округе, фотографировались, сушили промокшее вчера и сегодня, шастали по гостям… короче, днёвка на знаменитом пороге.

 

Ближе к вечеру договорились с Андрюхиной командой о мирном смертном бое – футбольном матче! Готовились мы к нему по всем правилам: у каждого – боевая раскраска, которой послужила тельняшка, все в касках и с веслом, а на спине каждого наклеено по сделанной из изоленты букве из названия нашей команды: НОРМУЛЬ (см. фотку). Капитаном сборной стал Дима В. как наиболее опытный. Настя и Даша стали нашей группой поддержки, а Саня решил остаться в лагере размышлять и сторожить вещи. В ожидании встречи ходили по лагерю и изрекали грозные фразы типа Мы их порвём!. Не обошлось и без веслобола. Когда начало смеркаться, мы построились (хочется ещё добавить рассчитались) и зашагали к полю, по пути маршируя и вопя всяческие страшилки. Словом, детский садик вырвался на волю… – прячься кто может. Потом все как по команде свернули с дороги и встали к ближайшим кустам (правильно, нефиг на поле от страха, лучше уж здесь, заранее) – см. фотку.

 

И полные решимости, с налитыми кровью глазами и свирепыми воплями (разумеется, я приврал) прибыли мы наконец на поле! И никого из соперников там не застали, причём НИКТО из оставшихся в Андрюхином лагере не знал, куда вдруг слиняли ВСЕ футболисты – ага, испугались! Поворчав и повозмущавшись, устроили матч с бывшими здесь же дядями – надо же куда-то девать энергию! Минус лишь, что я, Дима Л. и Денис были запасными. Хорошего результата наш Нормуль не показал – мы продули всухую (просьба не играть с эхом на последнем слове). Ближе к завершению встречи с неведомого соседнего поля пришли Андрюхины люди, и их шеф стал громко и убедительно обижаться: ни фига себе, мы, типа, готовились, а вы не пришли. Вот странно! У нас, наверное, шестое чувство должно было подсказать, в каком направлении ушли соперники?.. Но так или иначе матч мы решили провести, и после взаимных препирательств дружно зашагали к спрятавшемуся за многими поворотами полю.

 

Соперники наши назывались БОЧКОЛАГИ. На протяжении обоих таймов перевес был на стороне Нормуля, а больше половины игры прошло в темноте при свете лишь почти полной Луны. Мяч вскоре стал угадываться только по характерным громким шлепкам и ударам об него. И кучкующиеся в одном месте игроки не всегда сразу понимали, что пинают ногами уже просто друг друга, в то время как мяч либо спокойненько валяется в стороне, либо гонится кем-то хитрым его поймавшим на другой половине поля. Вопли раздавались постоянно, не всегда было понятно, почему некоторые гнались друг за дружкой – наверное, догоняющий наивно полагал наличие мяча у догоняемого. Поэтому следом раздавался удар по ногам и крик: За что??? Я же без мяча!!!.

 

Потом из ворот заменить кого-то из бегунов вышел Дима-капитан. А поскольку своей тельняшки у него не было, он одолжил у Даши ма-аленькую полосатую маечку на тонких бретельках! Что самое удивительное, она на него налезла, и тут уж началось: за ним начали бегать почти все, а некоторые и с присвистом! (на самом деле потому что он наиболее опытный игрок, и в основном мяч был у него). И теперь уж на такие приколы и пошлости потянуло! Заглядываясь на Димку, Бочколаги в итоге проиграли со счётом 0:2. После была устроена дружеская серия послематчевых пенальти, в ходе которой мы забили 4 раза, нам – 3. Если вратари и ловили мяч, то чисто случайно, ибо видимость сего шара была исчезающе (а вернее, исчезнувше) мала; после каждого гола долго искали его на поле за воротами, примерно по стуку и шороху определив, куда он улетел.

 

Разумеется, матч был веселее, чем я описал, но обо всех подробностях спросите лучше игроков, тогда получите полное о нём представление. Я до конца игры оставался в запасных.

 

С замечательным настроением и полный зажигательной энергии Нормуль прибыл домой, в свой лагерь. Не зная, куда дать прущую изо всех… изо всех… нет, не дыр… короче, отовсюду прущую энергию, они почти единогласно решили играть... в Слона!!! Видимо, захотелось ещё синяков, ссадин и переломов. Слушая и смотря эту игру со стороны, неучастники не переставали веселиться и ужасаться: слышались дикие удары, громкие вопли, придушённые крики и хрипы, душераздирающий хруст костей, треск рвущихся тканей (и живых, и одежды), прочие ужасы и, разумеется, постоянный смех. Страшно, да? Я снова приврал, конечно, – не бойтесь. Много наших полегло под копытами этого африкано-индийского животного. Некоторые (например, Коля С.) уже просто отползали от играющих – во намяли им бока!

 

Пусть кто-нибудь ещё что-нибудь впишет, а то я уже устал.

 

4 мая, вторник.  ВДОЛЬ ПО ШИВЕРЕ, ПО ШИВЕРЕ, ПО ШИВЕРЕ…

Хотя шиверы и не было.

 

 

Короче, мы проснулись и поплыли, – чего я буду кота за хвост тянуть? Сначала, конечно, позавтракали и собрали лагерь, а уж совсем потом отплыли. Лестницу от греха подальше прошли слева, по спокойному. Порядок следования экипажей немного изменился: я шёл предпоследним. Дальнейшее русло всех очень обрадовало: повсюду бурлит, везде маленькие и большие валы, часто попадаются сильные пенные бульки-бочки. В них мы, правда, почти не совались, поскольку после днёвки-расслабухи уверенности совсем не чувствуется. Русло просто замечательное в отношении каскада препятствий – тренироваться бы и тренироваться. Однако на всём пути попался только один камень, который наиболее эффектно был пройден Денисом с Колей: сразу за ним они встали лагом к бурлящей струе и спокойнёхонько её пересекли, сами, наверное, не поняв, чего сделали. Пару-тройку раз мы останавливались отчерпаться (ну вот, а я опять сухой…) на правом берегу. На одном из этих привалов нас обогнала Андрюхина команда, чего Виту и надо было – почему-то шефу хотелось прибыть в Боровичи после него. После каждого препятствия некоторые офигело спрашивали, будет ли ещё такое впереди. Народу нравится!

 

Потом, когда все хорошенько размялись, разгреблись и уже были готовы к выкрутасам (ну, не все, наверное, но я рвался), поток как-то начал стихать, успокаиваться, и показались деревенские дома. Я начал напоследок с печальными возгласами Блин, уже почти всё! соваться во все интересные более или менее бурлящие места, которые очень скоро закончились. И показался город Боровичи!

Вот и закончился наш сплав. Причалили к левому берегу перед автодорожным мостом и медленно-премедленно, с сожалением об окончании похода и огромной неохотой и ленью стали антистапелиться. Народу на поляне было умеренно много, прогуливались и местные. А на УКВOIRT я отловил Радио Мста и что-то ещё в таком же духе, плюс пару телеканалов. Не пустовали и верхний FMс СВ, но я не помню, что на них было.

 

Самыми заметными личностями на берегу (ну, разумеется, кроме нас любимых) стали двое молодых вдупель пьяных мужиков, постоянно орущих Че… Че… Че Гева-ара-а!!! и очень громко разговаривающих, в том числе и матом. Ничего кроме улыбок они у нас не вызывали. Более того: они начали раздавать окружающим свою еду, которой после похода  осталось огромное количество и огромный ассортимент – а всё из-за того, что у них почему-то 2/3 участников от похода отказались. Нам от них досталось всего только две полулитровки водки.

А мы послали гонцов в магазины, и вскоре наслаждались копчёной курицей, колбасками, картошкой и газировкой. Лодки к этому времени были собраны, только валялись неведомо кем оставленные три Тайменных сидушки, чей хозяин никак не находился: ну не наши это! Оказалось, что это принадлежит соседней группе-растеряхе.

Потом мы гуляли по поляне, гостили у Андрюхиной команды и пытались уломать его сыграть в Слона, а перед самым уходом попели песен под гитару, вызвав восторг ЧеГеварцев.

В районе 22 часов, когда начало темнеть, взвалили рюкзаки и потопали к вокзалу, краем глаза застав замечательное природное явление: лунное затмение. Переноску вещей организовали в две ходки, а на вокзале дежурить остались я с Настей и Коля Ф. с Дашей. Пока ждали подхода второй партии, я усыпил всех троих песнями – во злобный!

Потом мы с Саней сгоняли в магазин, вновь порадовавшись местной дешевизне, а затем настало…

 

 

 

5 мая, среда.  И ОПЯТЬ МЫ УЕДЕМ НА ГОД…

 

 

 

Двери давным-давно стоящего вагона наконец открылись, и озверелая толпа туряг стала ломиться в маленькую узенькую дверку, имея при этом зверский вид и готовясь разорвать в клочья всех наглых бомжей-не-бомжей, имевших наглость без билета занять чужое место. Но, как всегда, всё оказалось проще, мирно и никого убивать не пришлось. Немного упрекну лишь нашего командира, проявившего излишнюю суетливость и нетерпение.

Ну вот и обратная дорога, маршрут взят, предаёмся воспоминаниям. Присутствует логичная грусть: хотелось бы ещё два..три дня погрести, посоваться в бочки, не думать ни о каких учебных хвостах и прочих долгах. Но в этом, наверное, и есть прелесть возвращения: желание вернуться, отсутствие усталости. Начали петь песни, будя находящихся вокруг людей – вот не повезло им, бедняжкам! Все ихние просьбы помолчать и дать отдохнуть на нас не действуют, и им приходится смириться. Нечего спорить с целым вагоном туристов!

По пути перекусили всякими Роллтонами и прочей фигнёй. Поскольку мест на всех не хватило (некоторые полки целиком заняли рюкзаки), одна полка использовалась для спания строго по расписанию: каждый спит на ней ровно два часа, а затем злостно будится следующим желающим.

Без малейшего опоздания (!) поезд подкатил к Ленинградскому вокзалу.

Выгрузка…

Общая фотография…

Прощаемся…

До вторника!

ВОВКА

Последняя точка в летописи поставлена 30 июня.

Огромное спасибо Насте-котёнку за проведённую редактуру и ценные замечания.

 

 

 

P.S.  Допишите кто что ещё помнит! Пусть летопись будет максимально подробной!

P.P.S.  Сразу сообщите о всех враках! Обязательно исправлю.